Автоматизация работы и новые рабочие места

Автоматизация работы и новые рабочие места

Автоматизация работы, зачастую однообразной и тяжёлой, уже давно применяется в подавляющем большинстве производственных предприятий стран мира. Не исключено, что золотое правило, которому подвержена любая финансово-кредитная система, проявит себя в ближайшие годы так, что не оставит сомнений о своей правдивости. А правило это — богатые будут богатеть, а бедные будут беднеть, лишь с одним небольшим замечанием, что это актуально только в случае, если именно деньги будут стоять во главе всех процессов. И вот и без того не слишком богатые сварщики, менеджеры по туризму, пекари и операторы call-центров могут из-за автоматизации остаться без работы. А ведь изначально автоматизация призвана для сокращения убытков и максимизации прибыли. В чем же дело?

Автоматизация работы - это выгодно, но не всем

Почему жизнь у некоторых из-за появления роботов и замены ими человеческих работников не заладилась и будет ухудшаться впредь — довольно подробно написал в публикации «Инновации и безработица» нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц. Главная идея работы — показать темные стороны набирающего популярность сегодня тренда робототехники. Речь идет о побочных эффектах автоматизации производства. Замена человеческого труда автоматическим обещает избавить и работников, и владельцев предприятий от лишних хлопот. Казалось бы, все оказываются в выигрыше. Но в действительности все иначе — неквалифицированные работники страдают больше всего, ведь никаких способов получить образование у них нету. Государство не будет обеспечивать бесплатные курсы для обретения человеком новых навыков, не будет этого делать и работодатель. Работу в итоге человек, может быть, и найдет — но не факт, что там его будут ждать такие же условия или тот же уровень оплаты.

В целом цена на неквалифицированных работников падает, поскольку отрасли понемногу начинают избавляться от таких сотрудников, как грузчики или уборщики. Вместо них теперь трудятся роботы.

В конечном итоге за счет образовавшихся избытков бюджета, и без того достаточно высокая зарплата образованных сотрудников растет. Как и было сказано ранее — бедные беднеют, а богатые богатеют. Это создает социальное неравенство и приводит к категорическому расколу общества на классы — почти как в давно забытых веках, о которых помнит история.

Настигший современную промышленность технический прогресс, впрочем, действительно в немалой степени создает новые возможности для стран третьего мира. Например, когда в государстве нету развитой промышленности или экономики, любому инвестору будет выгодно открыть сеть своих предприятий именно на ее территории. Потому, что средняя зарплата в стране очень низкая из-за сложившихся экономических трудностей, а уровень безработицы, вероятно, высок. И это выгодно всем — создаются новые рабочие места, снижается уровень преступности вследствие повышения занятости населения, повышается товарооборот.

Больше этого ожидать не стоит. Вместо того, чтобы создавать новые рабочие места, предприятия будут просто закупать машины, уверенно выполняющие свою работу и без людей. И выгоду будут получать предприятия, а не люди. И зарабатывать, соответственно, тоже. Конечно, всегда найдутся квалифицированные специалисты, займущие хорошую высокооплачиваемую должность в открывшемся филиале, но таких будет в десятки и сотни раз меньше, чем тех, кому в жизни повезло меньше. Да и единственная мотивация для открытия заводов в какой-нибудь не слишком успешной стране — разве что низкая стоимость земли или снисходительная налоговая политика.

Автоматизация работы и новые рабочие места

А в Оксфорде результаты подобных исследований, направленных на определение последствий глобальной автоматизации, еще более мрачные, чем у Стиглица. В докладах говорится о 20 миллионах безработных людей к 2025 году, причем только в США. И не надо надеяться, что большинству удастся избежать этой участи — все сферы деятельности, что называется, под угрозой. Водителей грузовых автомобилей, пассажирских автобусов и поездов и вовсе хотят списать со счетов — в них не будет нужды, когда машины начнут ездить без людей в кабине.

И этих результатов следует ожидать в ближайшие 10 лет. Комбайнеры, трактористы и просто водители, работающие в компаниях по грузоперевозке — все они в зоне риска. Причем это не пустые слова — их подтверждением служит постоянно растущий рынок беспилотных устройств самого разного назначения: от дронов весом 500 граммов до полноразмерных беспилотных автомобилей, вертолетов и самолетов.

В тех же call-центрах людей становится с каждым годом все меньше, поскольку все большее число компаний, занимающих лидирующие позиции на рынке, заменяют их специальными программами, распознающими речь. Они общаются с клиентами, принимают жалобы, отвечают на вопросы и предлагают решения разных проблем. В пищевой промышленности все с ног на голову могут перевернуть современные 3D-принтеры или роботы-повара, справляющиеся с готовкой не хуже любого дипломированного шефа. Менеджеры в туристических компаниях понемногу лишаются без работы, пока создаются сайты, продающие билеты и бронирующие гостиницы заранее. Даже некоторые банки начинают вводить системы удобного и дешевого заказа билетов в другие страны — и все это без офисных работников, без операторов и без консультантов.

Поэтому многие уже начинают бить в колокола, учуяв всеобщую промышленную революцию. И не зря: ведь на обслуживание и управление всех этих систем, которые обеспечивают такие комфортные способы делать, по сути, все что угодно, нужны именно люди. По крайней мере, в ближайшее время. Можно сказать, что офисных работников, менеджеров, кассиров и консультантов разменяют на программистов, электриков, робототехников и различных IT-специалистов.

В ближайшем будущем на заводах будет происходить совсем не то, что можно было увидеть в фильмах этого и прошлого столетий. Вместо угрюмых работников, выдающих 14-часовые смены у почерневшего станка, будут целые системы машин — согласованных и настроенных на круглосуточное производство. Чтобы спланировать все это, нужны будут инженеры высокого класса, программисты и немало других специалистов. Но построить такой завод — лишь половина дела. Его потом придется обслуживать, настраивать, следить за множеством показателей. Для этого, вероятнее всего, появится новая должность, а вскоре, быть может, и целая профессия — что-то вроде «администратора завода».

Чем сложнее работа, тем лучше!

Многую работу можно автоматизировать, заменив живых сотрудников роботами. Но далеко не весь ручной труд нужно заменять автоматическим. Чтобы нанять человека на работу, не нужно тратить уйму денег, а «нанимая» робота, придется раскошелиться. В некоторых случаях — довольно прилично. И не факт, что это будет выгодно экономически. Вполне вероятно, что в итоге производительность упадет, или же снизится качество услуг или продукции.

Аналитики компании McKinsey уверены, что существуют профессии, которые вообще не нужно пока даже пытаться автоматизировать. Главным образом речь идет об управленческих должностях — различного рода начальники, директора, топ-менеджеры. Нельзя заменить «железом» и ученых. Многие творческие профессии пока тоже обладают «иммунитетом» к автоматизации — писатели стихов, музыканты, актеры. Ну и, конечно же, профессии, связанные с взаимодействием с поставщиками и партнерами. Вряд ли роботу из одной компании удастся назначить встречу с директорами из другой, предложить схему для сотрудничества, заключить контракт, согласовать все неурядицы и предугадать проблемы.

Еще меньше подвержены влиянию нынешней промышленной революции такие профессии, как медсестры и стоматологи. А об автоматизации образования пока даже не задумываются — не могут роботы учить подрастающее поколение, прививая им чувство прекрасного, воспитывая ответственность и благоразумие. Для этого нужны люди, умеющие найти подход, а люди учатся этому годами, причем многие, если оглянуться на современные школы, институты, университеты, колледжи — безуспешно. Не слишком хорошо у роботов удается работать с людьми. Особенно, когда речь идет о каких-то более деликатных профессиях, требующих эмоционального вовлечения, сочувствия или заботы.

Еще один фактор — расположение должности на карьерной лестнице. Чем выше оно, тем лучше. Сотрудники высшего звенья, как правило, выполняют все более сложные и нестандартные операции, в отличие от работников низшего звенья, труд которых зачастую связан с монотонными задачами. Из этого следует, что чем выше человек находится на карьерной лестнице, тем больше творческих и аналитических способностей ему может понадобиться, чтобы справляться со своей работой. А роботу на такие должности дорога заказана.

Переобучить или доплатить — вот в чем вопрос

Физическая работа сейчас уже «не в моде». Причем не только с точки зрения рядовых обывателей и молодежи, но и с точки зрения экспертов. Однообразные физические операции теперь выполняют машины, а работу поинтереснее оставляют людям. Вот только многие люди, по-другому зарабатывать не умеющие, в итоге оказываются без средств к существованию. Любому, представив себя на месте такого человека, будет крайне проблематично определить свои дальнейшие действия. Чего уж говорить о тех, кто в таких ситуациях оказался в действительности.

Из-за автоматизации показатель безработицы в Европе переваливает за 10%. И, к превеликому сожалению, этот процент не снижается, а только повышается со временем. В качестве решения этой проблемы предлагают так называемую переквалификацию, но не нужно быть семи пядей по лбу, чтобы понять, что это не выгодно ни людям, ни странам. Для первых это тяжело и долго, для вторых — дорого.

Интересное решение предлагает в своей работе Стиглиц, о котором упоминалось в начале текста. Его идея — субсидировать полностью автоматизированные предприятия. Преимущество автоматизации — снижение стоимости труда. Если же доплачивать компаниям дополнительные средства за каждого живого сотрудника, то для них будет выгодно оставлять на работе именно людей. Но в конечном счете это будет значить, что тратить больше средств будут и те, и другие.

Так что картина вовсе не радужная. И чтобы не остаться без денег и без работы, когда процент автоматизации промышленности повысится еще больше (а повышается он уже сейчас, с каждым годом), придется искать «запасную» профессию самостоятельно. И учиться ей, разумеется, тоже.

Может быть, это покажется смешным, но и девушки, торгующие своим телом, могут оказаться под ударом. На рынке постепенно появляются так называемые секс-роботы — первый вошел в историю в 2009 году, с довольно солидным ценником в 9 тысяч долларов. Roxxxy — так разработчики из США назвали свое детище. Сегодня усовершенствованная ревизия машины стоит 3 тысячи, а через лет пять, наверное, будет доступна и за 200-300 долларов.


Забавный отрезок из фильма "Таможня дает добро"



Системы управления движением utm

Как работает 3D-принтер?

Машинное зрение

Всего комментариев: 0
avatar